"Аргументы и факты", выпуск 19 (1176) от 7 мая 2003 г.

Егоров и Кантария были не первыми

Все знают, что Знамя Победы над Рейхстагом устанавливали Егоров и Кантария. Слышал, что с ними был и капитан Самсонов, которого после войны репрессировали, а его имя вычеркнули из истории. Так ли это?
Д. Т х е л и д з е, Тбилиси

— В ПИСЬМЕ читателя, — рассказал «АиФ» руководитель Центра военной истории России Института российской истории РАН, доктор исторических наук Георгий КУМАНЕВ, — причудливо переплелись правда и вымысел. Константин Самсонов (в те дни — старший лейтенант) имел прямое отношение к штурму Рейхстага, но лично знамя не водружал. Никаким репрессиям он не подвергался, прожил жизнь в почете и славе. Из истории вычеркнули совсем другого человека…

Флаг, которого не было

БЕРЛИНСКАЯ операция началась 16 апреля 1945 года, а через две недели советские войска были уже в центре города. Утром 30 апреля наших отделяла от Рейхстага лишь широкая площадь. Но немцы затопили берлинское метро, так что на площади образовался большой котлован, наполненный водой. Артиллерийской поддержки у штурмующих тогда не было, если не считать трех танков. Два из них немцам удалось подбить, а третий утонул в котловане. После нескольких кровавых и безуспешных атак штурм было решено отложить до наступления темноты. И тут случилось непредвиденное…

Дело в том, что Рейхстаг штурмовали части двух советских стрелковых дивизий — два батальона из 150-й и один (им командовал тот самый Самсонов) из 171-й. Каждый комдив, естественно, хотел быть первым. В 14.25 командир 150-й сд генерал-майор Василий Шатилов неожиданно доложил своему непосредственному начальству, что знамя уже вьется над Рейхстагом. Из корпуса победная реляция ушла командующему фронтом Жукову, от него — Сталину. Кое-кто выпил на радостях шампанского, и тут выяснилось, что знамени-то над Рейхстагом нет! Что делать? Нельзя же доложить Верховному: «Извините, товарищ Сталин, ошибочка вышла…» Шатилов занервничал, стал требовать, чтобы его люди любой ценой водрузили на здании флаг или хотя бы флажок. Тем не менее штурмующим к вечеру удалось подойти к Рейхстагу только на 150 метров.

Великолепная пятерка

ПЕРВОЕ красное знамя появилось над Рейхстагом 30 апреля в 22.40. Подняли его не Егоров и Кантария из 150-й сд и не их «соперники» из 171-й. Пока комдивы разбирались, есть над Рейхстагом красное знамя, а если нет, то почему, их опередили.

b_150_0_16777215_00_images_stories_makov.jpgВ боевых порядках дивизии Шатилова находилась компактная — всего 5 человек — штурмовая группа капитана Владимира Макова из 136-й Режецкой Краснознаменной бригады армейской пушечной артиллерии: сам капитан, старшие сержанты Алексей Бобров, Гази Загитов, Александр Лисименко и сержант Михаил Минин. В ходе боя им удалось просочиться на крышу Рейхстага. По пути они выломали длинную трубу и носовыми платками привязали к ней обыкновенное красное полотнище. Загитов при этом был ранен.

Куда водружать? На фронтоне увидели конную женскую статую. В ее корону знамя и установили. «Воткнули в голову какой-то немецкой б…» — лаконично доложил по рации капитан.

Бой за Рейхстаг продолжался. Михаил Егоров и Мелитон Кантария из 150-й сд, которые шли во втором эшелоне атакующих, появились на крыше только в третьем часу ночи. Знамя они установили на статуе кайзера Вильгельма II, а чуть позже перенесли на купол Рейхстага. Оно и стало Знаменем Победы, хранящимся ныне в Музее Вооруженных сил. А красное полотнище, которое первым появилось в небе над поверженным Берлином, до наших дней, увы, не дошло.

Первые и вторые

ПОТОМ была победа и раздача наград. Всю пятерку Макова представили к званию Героя Советского Союза, но дали им только по ордену Красного Знамени. Кстати, Егорову и Кантарии Золотые Звезды были вручены только в 1946 году, когда именно их было решено назначить первыми. К их чести надо признать, что сами они в «первачи» никогда не рвались.

makov_sig.jpg

После войны судьба почти всех «маковцев» сложилась вполне благополучно. Звезд с неба они не хватали, но Минин, например, дослужился до полковничьих погон, а Загитов стал председателем сельсовета в родном селе в Башкирии. Не повезло только Боброву. Вернувшись в Ленинград в свою комнатенку в сыром подвале, он стал хлопотать об улучшении квартирных условий. Пришел к какому-то чиновнику в жилуправление. Что произошло между ними, неизвестно, только Бобров запустил в голову бюрократу чернильницей. Ему дали 6 лет, и пока он сидел, из истории его вычеркнули.

От редакции. Ныне из всей пятерки здравствует только Михаил Петрович Минин. Живет он в Пскове, разводит пчел на собственной пасеке. Свою Золотую Звезду он все-таки получил, правда, не вполне легитимную. В 1997 году вся пятерка Макова получила звание Героя Советского Союза от Постоянного Президиума Съезда народных депутатов СССР. Возглавлявшая этот непонятный орган Сажи Умалатова вряд ли имела право подписывать наградные документы, да и Советского Союза на тот момент уже не существовало. Но у кого язык повернется сказать, что эти люди не были героями?


Сергей ОСИПОВ




Из книги Владимира Димова «Путешествие в Новый Иерусалим», издательство МГУ

Знамя разведчика В.Н. Макова над Рейхстагом

У Стефана Цвейга есть серия исторических миниатюр «Звездные мгновения Человечества». Среди них рассказ о судьбе легендарного покорителя Южного полюса Роберта Скотта. Достигнув цели своей экспедиции, Скотт узнает, что несколькими часами раньше здесь побывал его соперник Амундсен, он - второй. На обратном пути вся экспедиция во главе с капитаном Скоттом погибает, но погибает, демонстрируя беспримерное мужество и стойкость перед лицом стихии и судьбы. Симпатии миллионов читателей на стороне капитана Скотта, с исторической точки зрения - они оба герои. Так и должно быть, если не вмешивается идеология - тогда подвиг можно предать забвению по приказу.

В конце апреля 1945 года в Кремле по-своему предвкушали близкую победу. Легко предположить, что Сталин и его ближнее окружение уже планировали не только последние военные операции, но и первоочередные политические и идеологическии акции, связанные с разгромом нацистской Германии и штурмом Берлина. Ритуальные аспекты победы, прежде всего безоговорочная капитуляция, захват основных военных преступников их ближнего окружения Гитлера, водружение знамени Победы над Рейхстагом с точки зрения советский политиков помимо внешнеполитического эффекта должно было продемонстрировать идейно-политическое единство советского народа, народа-победителя в Отечественной войне. Вспомним эпизоды боев за Берлин по материалам официальной истории Великой Отечественной войны:

«29 апреля развернулись напряженные бои за центральные районы Берлина. Войскам 79-го стрелкового корпуса, которым командовал генерал-майор С.Н.Переверткин, с ходу овладеть мостом Мольтке не удалось. К мосту с северо-запада подошли части 171-й стрелковой дивизии под командованием полковника А.П.Негода, с запада сюда вышли части 150-й стрелковой дивизии под командованием генерал-майора В.М.Шатилова. В ночь на 29 апреля смелыми действиями 1-го батальона 756-го стрелкового полка 150-й дивизии (командир батальона капитан С.А.Неустроев) и 1-го батальона 380-го стрелкового полка 171-й дивизии (командир батальона старший лейтенант К.Я.Самсонов) мост был захвачен.

По инициативе командования и политотдела 79-го стрелкового корпуса (начальнгик политотдела полковник И.С.Крылов) из коммунистов и комсомольцев были созданы две группы добровольцев по 20 человек для водружения знамени над Рейхстагом. Командование ими было поручено молодым, энергичным офицерам штаба корпуса майору М.М.Бондарь и капитану В.Н.Макову. Группы имели на вооружении автоматы, ручные гранаты и рации.

Только к концу дня 30 апреля подразделения полка подошли к противотанковому рву, который преграждал путь к Рейхстагу.

В частях и подразделениях изготовлялись красные флаги и флажки для водружения их на здании Рейхстага (у входов, в окнах, на колоннах). Огромное мобилизующее значение имели учрежденные Военным советом 3-й ударной армии красные знамена, врученные дивизиям еще при вступлении в Берлин. Весь личный состав частей, готовившихся к штурму Рейхстага, был воодушевлен предстоящей борьбой. Каждый ощущал близость конца войны, близость победы. Всюду развернулось патриотическое соревнование за то, чтобы первыми ворваться в Рейхстаг, первыми водрузить на нем Знамя Победы.

Бои за Рейхстаг начались рано утром 30 апреля и приняли затяжной и упорный характер. Гитлеровцы сопротивлялись отчаянно. Атака, предпринятая советскими частями в 4 часа 30 минут, была противником отбита. В 11 часов 30 минут после сильной артиллерийской подготовки советские войска повторили атаку. Но их снова встретил ураганный огонь.

Бой в Рейхстаге шел за каждую комнату, каждый коридор, за лестничные клетки и подвалы. Фашисты бросали гранаты, вели огонь из фаустпатронов, автоматов, пулеметов, часто переходили в контратаки. В одной из комнат развернулся командный пункт командира 1-го стрелкового батальона 756-го полка капитана С.А.Неустроева. В боевых порядках этого батальона действовала группа добровольцев под командованием капитана В.Н.Макова. Бойцы группы старшие сержанты Е.К.Загибов, А.Ф.Лисименко и сержант М.П.Минин (пятым в группе В.Макова был старший сержант А.Бобров - В.Д.) с красным флагом бросились вверх. Прокладывая себе путь гранатами и огнем из автоматов, они вырвались на крышу и здесь укрепили флаг. Командир группы немедленно доложил о выполнении задания командиру корпуса генерал-майору С.Н.Переверткину. В ночь на 1 мая по приказанию командира 756-го полка полковника Ф.М.Зинченко были приняты меры по водружению на здание Рейхстага знамени, врученного полку Военным советом 3-й ударной армии. Выполнение этой задачи было возложено на группу бойцов, которую возглавил лейтенант А.П.Берест. Ранним утром 1 мая на скульптурной группе, венчающей фронтон здания, уже развевалось Знамя Победы: его водрузили разведчики сержанты М.А.Егоров и М.В.Кантария».

6 мая 2000 года журналисты Владислав Иванов и Владимир Новохатский опубликовали в «Парламентской газете» статьи, в которых вновь вернулись к иной, подлинной версии событий. Первый советский флаг над Рейхстагом установила разведгруппа капитана В.Н.Макова. Сохранился его рапорт о водружении знамени над куполом Рейхстага на статую - аллегорию Германии.

Знамя было установлено 30 апреля 1945 года в 22 часа 40 минут в ходе ожесточенного боя на верхних этажах здания. Рапорт В.Н. Макова был по-русски лаконичным и не укладывался в рамки нормативной и уставной лексики. Спустя четыре часа, когда бой переместился в подвальные помещения, Егоров и Кантария в сопровождении фотографов и взвода автоматчиков водрузили знамя № 5 на статую Вильгельма I. Понимаете разницу? Две большие разницы, как говорят в Одессе.

Многие годы власти демонстрировали Владимиру Макову и его товарищам некое подобие объективности - им говорили: «Да таких групп, как ваша, было не меньше пяти и задание у всех было одно. Все группы совершили подвиг, все участники событий награждены». Егорову и Кантарии повезло чуть больше. Их подвиг стал достоянием истории. Такова природа войны и результат нервной обстановки и всеобщего возбуждения, царившего в командных кругах. Каждый генерал мечтал войти в историю.

Прикоснуться к истории можно по-разному. Можно повесить себе на грудь три золотых звезды Героя Советского Союза и орден «Победы» за штабное сидение и политическую преданность Сталину (Л.И. Брежнев). Можно написать мемуары и переписать историю важнейших событий войны, чтобы получить звание маршала (А.И. Еременко), можно лишить наград героя потому, что он был в окружении или в семье кто-то был репрессирован. Рапорту капитана Владимира Макова просто не дали ходу - его подвиг, его биография и судьба не вписывались в анналы истории, как считали сверху.

Конечно, это непростое дело - стать национальным героем. В 1996 году, работая над книгой «Вся Одесса», мне пришлось плотно и отчасти по-новому взглянуть на судьбу одесской знаменитости и национального героя России подводника Александра Маринеско. Меня поразили дикие реакции собеседников на обыкновенную историю: герой войны не нашел себя в послевоенной жизни. Жизнь пошла под откос. Нелепость и пустота послевоенной жизни совершенно заслонили фигуру героя. Объективно его подвиг оценила Британская энциклопедия (неслыханная честь для русского участника войны!). Адмирал Исаков, известные подводники, писатель Александр Крон просили за него. Услышали их только после смерти героя, униженного и оскорбленного властью. Что-то подобное случилось в Владимиром Маковым, первым водрузившим боевое красное знамя над Рейхстагом. Факт наличия красного полотнища над Рейхстагом в момент их появления на крыше здания не отрицали и сами публичные герои-знаменосцы Егоров и Кантария, сохранив человеческое достоинство перед потомками. Все - за, власть - против. В чем была разгадка этой исторической несправедливости?

Я пришел на работу в Истринское отделение ВНИЭМ, когда Владимир Николаевич там работал старшим инженером в отделе № 22. Разумеется, что какой-либо объективной информации в то время и быть не могло - любые, в том числе идеологические решения партии проводились в жизнь беспрекословно. Многие слышали, что у Макова какие-то особые военные заслуги, но толком никто ничего не знал.

Спустя тридцать пять лет держу в руках личное дело Владимира Николаевича Макова. Скупая информация анкеты. Родился 21 марта 1923 года в деревне Карцево Истринского района Московской области. Уже на первой странице анкеты - момент истины! В 1945 году Владимир Маков не был ни комсомольцем, ни членом партии. В КПСС вступил только в 1955 году. Может, сказалось исконное крестьянское происхождение и обстановка репрессий 1930-х годов травмировала на всю жизнь? Что означает фраза из автобиографии: «до революции родители занимались сельским хозяйством»?

Но внешне биография Макова выглядит вполне советской. В 1930-1940 годах учился в школе имени А.П. Чехова в городе Истре. Семья жила трудно, и окончив девятый класс, Володя Маков поступил в Московский индустриальный техникум. В первый день войны записался добровольцев на фронт. Скупые строчки автобиографии: «Я принимал активное участие в войне с 1941 года по 1945 год. За отличное выполнение заданий командования я награжден 19 правительственными наградами и среди них орденами: «Ленина», 2-мя «Красного Знамени», 2-мя «Красной Звезды», «Отечественной войны II степени», «Славы» III степени; медалями - 3-мя «За отвагу», «За победу над Германией», «За освобождение Варшавы», «За взятие Берлина», «За оборону Севастополя», «50 лет Советской Армии», «20 лет победы над Германией», «В память 800-летия г. Москвы», «За доблестный труд», «25 лет победы в Великой Отечественной Войне». И все - никаких подробностей.

Владимир Новохатский восстановил основные вехи боевой биографии героя. Первый раз Маков был ранен на Днепре. Участвовал в обороне Севастополя. На Малаховом кургане от его роты осталась горстка черноморских моряков, шесть героев остановили восемь немецких танков. Тяжело раненного Владимира Макова, чудом уцелевшего в этом бою, в последний момент случайно обнаружили санитары и вынесли из боя. После эвакуации из Севастополя Маков закончил офицерские курсы (его высшее образование!) и был назначен командиром разведроты, с которой прошел путь от Ржева до Берлина.

В кровавой мясорубке под Ржевом только немцы потеряли до миллиона солдат и офицеров. Очевидцы рассказывали, что это было пострашнее Сталинграда. Капитан из Истры оказался, как и тысячи других, человеком незаметного для власти подвига. Боевой путь Владимира Макова шел через Ригу и Варшаву на Берлин. Командующий 79-м стрелковым корпусом генерал Переверткин утвердил капитана Макова командиром группы добровольцев, которой предстояло водрузить знамя победы над Рейхстагом. Наверное, генерал Переверткин не превысил полномочия, пообещав в случае успеха предоставить к званию Героя Советского Союза.

Говорят, победителей не судят. Судят, и еще как - с помощью изощренных идеологических приемов. Сын крестьянина, не вступивший в годы войны ни в комсомол, ни в партию, герой-доброволец. На гражданке Владимира Макова ожидала судьба Маринеско. Окончил Дедовскую школу рабочей молодежи, работал в органах милиции, слесарем, преподавателем физвоспитания в Дедовской школе № 1, чертежником и инженером отдела главного механика на керамическом заводе и в отделе № 22 Истринского отделения ВНИИЭМ. Жил герой в г. Дедовске.

В последние годы жизни Владимир Николаевич пил все чаще и чаще. Бросил семью, переехал в Нахабино. В общем-то случайная связь счастья не принесла, бывшая жена распространяла о нем нелепые слухи. В среде ветеранов он не встретил взаимопонимания: он хотел признания, а не мелких льгот. Как бывший разведчик в обиду себя не давал, порою был агрессивен и задирист. Любили его только дети - ему надо было перед кем-то выговариваться, он рассказывал им о войне, себе, своих боевых товарищах. По большому счету, ему было что рассказать и чем гордиться. Свой солдатский долг перед Родиной он выполнил сполна.


Сейчас в Дедовске живет его сын со своей семьей.


Кто поднял знамя над Рейхстагом?
"Российская газета", 29.04.95.

Прошло полвека со дня Победы, но о истории Великой Отечественной войны до сих пор остается немало белых пятен. Это относится и к, казалось бы, хорошо изоестной истории с водружением Знамени Победы над рейхстагом. Многочисленные архивные документы, непосредственные свидетели тех далеких событий и различные исследования военных историков убедительно доказывают: когда сержанты М.Егоров и М.Кантария, руководимые заместитекомандира батальона по политчасти лейтенантом А.Берестом, поднялись на крышу здания рейхстага, то над скульптурной группой они увидели развивающееся красное полотнище. Это Знамя Победы еще ночью было водружено артиллеристами-разведчиками136-й армейской Краснознаменной, орденов Суворова и Кутузова Режецкой пушечной артиллерийской бригады старшими сержантами А.Бобровым, П.Загитовым, А.Лисименко, сержантом М.Мининым под командованием капитана В.Макова.

Чтобы разобраться, как получилось, что подвиг отважных воинов оказался в тени, вернемся к трудным дням конца апреля сорок пятого года, когда после тяжелых уличных боев части 3-й ударной армии вышли к реке Шпрее.

Попытка стрелковых батальонов с ходу захватить рейхстаг к успеху не привела. Войска начали готовиться к новому штурму. 27 апреля в составе 79-го стрелкового корпуса было сформировано две такие штурмовые группы по 25 человек каждая. Первая группа под руководством капитана В.Н.Макова из артиллеристов 136-й и 86-й артиллерийских бригад, вторая - под руководством майора Бондаря из других артиллерийских частей. Группа капитана Макова действовала в боевых порядках батальона капитана Неустроева, который штурмовал рейхстаг в направлении парадного входа.

Командирам полков и дивизий казалось, что вот-вот рейхстаг падет. Они, опережая один другого, старались первыми доложить о взятии рейхстага. Капитан Неустроев свидетельствует, что в его присутствии командир 756-го стрелкового полка Ф.М.Зинченко доложил командиру дивизии, будто его полк в 14.25 30 апреля водрузил Красное Знамя над рейхстагом. Какой-то непроверенный доклад, возможно, того же Ф.М.Зинченко был принят и передан командиру 79-го стрелкового корпуса сначала по телефону или радио, а затем продублирован письменно штабом 150-й стрелковой дивизии. Вот это донесение:

"Штакору 79. Доношу, в 14.25 30.04.45 г., сломив сопротивление противника в кварталах северо-западнее здания рейхстага, 1/756 сп и 1/674 сп штурмом овладели зданием рейхстага и оодрузили на его южной части Красное Знамя.

Знамя водрузили командиры батальонов капитан Неустроев и майор Давыдов.

Очистка здания рейхстага от остатков в нем и его подвалах продолжается.

Штадив 150 полковник Дьячков.

Верно: командир 150 сд генерал-майор - Шатилов".

Через штаб корпуса радостная весть пошла в штаб 3-ей ударной армии, оттуда - в штаб фронта. Командующий армией издал приказ, в котором говорилось, что "в 14.25 минут части ... штурмом овладели зданием рейхстага в Берлине и водрузили над ним флаг Советского Союза".

Примерно за час до подписания этого приказа командующий 3-й ударной армией генерал-полковник В.Кузнецов доложил командующему 1-м Белорусским фронтом Маршалу Советского Союза Г..Жукову. О долгожданном событии по радио была оповещена вся страна, сообщений было передано и за рубеж.

Фактически же по приказу командира 79-го стрелкового корпуса артподготовка решающего штурма была начата лишь в 21 час 30 минут, а сам штурм начался в 22 часа по местному времени под покровом темноты. Только в 23 часа первые советские воины ворвались в рейхстаг..

Вот как развивались события. После того как бaтальон Неустроева двинулся к парадному входу рейхстага, четверка из группы капитана Макова старшие сержанть Загитов, Лисименко, Бобров и сержант Минин, не дожидаясь основных сил, сразу же бросились вперед.

Прокладывая путь гранатами и автоматными очередями, штурмовая группа двигалась вперед. На фоне огненного зарева заметили скульптурную группу. На ней, несмотря на артиллерийский обстрел, сержант М.П.Минин водрузил Красное 3намя. На полотнище ом написан фамилии четверых своих товарищей. Затем капитан Маков в сопровождении Боброва спустился вниз и немедленно доложил по рации командиру корпуса генералу Переверткину о том, что в 22 часа 40 минут группа первой водрузила Красное Знамя над рейхстагом.

Командование 136-й артиллерийской бригады 1 мая 1945 года представило к высшей правительственной награде - присвоению звания Героя Советского Союза - капитана В.Н.Макова, старших сержантов Г.К.Загитова, А.Ф.Лисименко, А.П.Боброва, сержанта М.П.Минина. Последовательно 2, 3, 6 мая командир 79-го стрелкового корпуса, командующий артиллерии 3 УА и командующий 3 УА подтвердили ходатайство о награждении.

И здесь начинается самая некрасивая часть истории. Признать этот факт означало признать преждевременность доклада командования 150-й стрелковой дивизии о взятии рейхстага. Поэтому подвиг группы капитана Макова предается забвению. И до сих пор правда об истинных героях, первыми водрузивших Знамя Победы над рейхстагом и поставивших последнюю точку в победном завершении Великой Отечественной войны, стыдливо умалчивался официальными органами, а их героический подвиг по достоинству не оценен. Все их усилия восстановить правду ни к чему не привели. Да оно и понятно. В первые годы после войны, когда у руководства страной и Вооруженными Силами стоял И.В.Сталин, любые попытки сказать действительную правду квалифицировалась как ревизия и осквернение святынь.

Кстати, доказать это было совсем не трудно, так как сохранились документы, в том числе текст доклада командира 150-й стрелковой дивизии генерала Шатилова командиру 79-го стрелкового корпуса о взятии рейхстага и водружении Красного Знамени. Он не указывает непосредственных исполнителей этого героического подвига. В итоговом донесении штаба 756-го стрелкового полка от 2 мая отмечены 6 воинов, отличившихся при штурме рейхстага, - капитан Неустроен, лейтенант Печерский, старшие сержанты Сьянов и Талак, младший сержант Глотов и рядовой Кабулов. Как видим, ни М.Егорова, ни М.Кантария среди отмеченных нет, хотя, повторяю, воевали они, судя по всему, отлично и не случайно 4 мая 1945 года командованием дивизии были представлены к награждению орденом Красного Знамени. И не их вина, что они оказались вовлечены в спектакль, имевший цель скрыть провинность командования. Характерно, что фактически были полностью проигнорированы свидетельства капитана Неустроева. который говорил, что в третьем часу ночи 1 мая в рейхстаг привели со .знаменем М.Егорова и М.Кантария. Они вошли через триумфальный вход. Впереди шел лейтенант А. Берест, а за ним со знаменем знаменосцы. Он же в письме одному из участников боев за рейхстаг Фамильскому честно признается: "Мною была сделана ошибка, что я допустил идти на крышу с Берестом Егорова и Кантария, они в атаку не ходили, рейхстаг не брали, а вся слава всего батальона досталась им". Еще более резко он высказывается в письме к своему заместителю по политчасти А.Бересту: "...М.Егоров и М.Кантария под твоим рукодством закрепили Красное Знамя на крыше, когда закончились бои за рейхстаг. Ведь это истина!.. Я надеюсь что правда о рейхстаге должна взять верх".

Сами же М.Егоров и М.Кантария, к их чести, оказались более объективными. В брошюре "Знамя Победы", мало известной широкому читателю, признавали, что знамя №5 они доставили в рейхстаг значительно позже других знаменосцев! Но, поскольку это расходилось с официальной версией, наи х признания даже не обратили внимания.

В заключение Н.Д. Иванов сообщает, что из пяти участников этой группы в живых сегодня остались только двое - бывший капитан В.Н.Маков и бывший старший сержант М.П.Минин. Ходатайство о присвоении пятерым отважным звания Героев Советского Союза не было поддержано.

К своему рассказу об однополчанах, совершивших подвиг при штурме рейхстага, Николай Дмитриевич приложил заключение Института военной истории за подписью его начальника генерал-майона В.А. Золотарева.

"В результате исследования, проведенного Институтом военной истории Министерства обороны Российской Федерации, - пишет он, - на осноое архивных документов установлено, что первой на здание рейхстага Красное Знамя водрузила группа капитана В.Н.Макова.

Исходя из этого, Институт военной истории МО РФ поддерживает ходатайство комитета ленинградской организации ветеранов - однополчан о присвоении звания Героя Российской Федерации капитану Макову В.Н. старшим сержантам Загитову Г.К., Боброву А.П., Лисименко А.Ф., сержанту Минину М.П."

makov1.jpg

"Думается, выводы такого авторитетного института - достаточно веский аргумент для того, чтобы наконец, пятьдесят лет спустя, поправить ошибку, а самих отважных воинов (кстати, один из них - В.Н.Маков - живет в г.Железнодорожном Московской области, а другой, М.П.Минин, - во Пскове) пригласить о Москву на торжества по случаю дня 50-летия Победы. Пусть подтвердятся слова - никто не забыт, ничто не забыто"